Top.Mail.Ru

Жизнь и смерть Философа Андреева

В мае 1922 года в семье крестьян Андрея Осиповича и Натальи Родионовны Андреевых из деревни Паново Шалго-Бодуновского сельсовета родился второй сын.

Семья. Имя

Будучи искренно верующими, Андреевы, по обычаю, дождались, пока ребёнку исполнится месяц, и съездили в райцентр, где зарегистрировали его рождение. Так, официальной датой появления на свет мальчика стало 13 июня. Дома его окрестили, крестины, скорее всего, были тайными. Имя он получил редкое – Философ, в соответствии с церковными Святцами, согласно которым 13 июня – это день святого Философа Александрийского, а 14 июня – день мученика Иустина Философа. Домашние звали мальчика ласково – Соня.
Справно пожить Андреевы почти не успели: чтобы не раскулачили как середняка, отец добровольно отдал в колхоз две коровы, три лошади и стадо баранов. Хорошо хоть, самолично рубленый дом-пятистенок оставили семье! Как проходило детство Философа, можно только догадываться. Скорее всего, он учился в деревенской школе, как и его братья с сёстрами. Потом, видимо, работал в колхозе: деревня Паново в те годы относилась к колхозу «Суворово».
Сведения о составе семьи Андреевых из деревни Паново взяты из похозяйственной книги, хранящейся в архивном отделе администрации Кирилловского района. Информации о грамотности старших сыновей нет: на момент составления документа обоих не было в Шалге, отчего статистика могла и пострадать.

Иваново

Родители мечтали о лучшей доле для старших сыновей, и потому Ваня, Соня и Толя были отправлены к тётке по матери Матрёне Родионовне, которая вышла замуж в город Иваново. Семейная жизнь этой безобидной и простодушной женщины не заладилась: муж Пётр бил её так, что она оглохла. Детей у них не было, поэтому племянников Матрёна приняла охотно.
Старший из братьев – Иван – окончил курсы и стал помощником мастера на Ивановском меланжевом комбинате, появилась у него и невеста Анна. Анатолий трудился там же трепальщиком льна. Известно, что Философ тоже «работал с Иваном», но должность его не отложилась в памяти родственников.
В Иванове юноша жил, как и многие горожане того времени, в очень скверных условиях – до войны в районе меланжевого комбината оставались десятки бараков и землянок. Но, по воспоминаниям братьев, Философ был парень «весёлый, плясал, пел, играл на гармони, чему Толю научил».
В 1940 году Ивана призвали на срочную службу в армию, и в Иваново он вернулся лишь после Победы. Есть предположение, что, оставшись без поддержки старшего брата, Соня и Толя были вынуждены вернуться в родную деревню.
На момент начала Великой Отечественной войны Философу только-только исполнилось 19 лет. Он входил в призывной ресурс мальчишек рождения со второго полугодия 1922 по 1927 год. И хотя в 1941-м в стране началась внеочередная весенняя призывная кампания юношей, родившихся в первом полугодии 1922 года, Соня в этот призыв не попал. Военкоматы Вологодской и Ивановской областей сведений о призыве или мобилизации Философа Андреева не обнаружили.

Арест. Приговор

Согласно документам, Философ Андреев был арестован 11 июля 1941 года. А вот по воспоминаниям младшей сестрёнки, «Соню задержали ещё 9 июля». Что же случилось с ним в тот летний вечер?
В 2016 году я, внучка Александра Андреевича Андреева, самого младшего из братьев, возобновила поиски истины. Однако в прокуратуре Вологодской области помочь с ответом на этот вопрос мне не смогли: оказалось, что архивное уголовное дело № 47 в отношении Ф.А. Андреева уничтожили по истечении срока хранения ещё в апреле 1966 года.
По воспоминаниям брата Саши и сестры Пани, в тот вечер в деревенском клубе в ходе драки был разбит портрет Иосифа Сталина. Обвинили в этом инциденте Философа. Но действительно ли парень лихо погулял на танцах? Сестра и брат в один голос твердили, что это сделал не он. Родители были также уверены: Соню оговорили! Ходили слухи, будто бы «женщина одна показала на него»; «женщину подкупили: председатель велел сделать»; «виновата уборщица, смахнула нечаянно».
Так или иначе, но 31 июля 1941 года Философ был осуждён Судебной коллегией по уголовным делам Вологодского областного суда. Сведений о том, где именно проходил суд и присутствовали ли на нём его родители, нет.
Каким же был приговор? По воспоминаниям брата Александра, Философа осудили по 58-й статье на 10 лет с лишением права переписки. Сестра Парасковья также говорила: «Дали 10 лет без права переписки».
Подтверждением их слов является ответ информационного центра УМВД России по Вологодской области: «…был осуждён… по ст. 58–10 ч. 1 УК РСФСР на 10 лет лишения свободы».
А также:
1. Прокуратура Вологодской области: «…был осуждён… по ч. 1
ст. 58–10 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы».
2. Информационный центр Главного управления МВД России по Самарской области: «…осуждён… по ст. 58–10 ч. I УК РСФСР к 10 годам лишения свободы…»
3. Справка о реабилитации: «Осуждён… по ч. 1 ст. 58–10 УК РСФСР за пропаганду или агитацию, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений к 10 годам лишения свободы с последующим ограничением в избирательных правах на 5 лет».
Это решение стало роковым в судьбе юноши.

Лагерь

Младшие брат и сестра не знали, куда именно был направлен Философ отбывать своё наказание и при каких обстоятельствах погиб. По словам Александра, он «умер то ли в Воркуте, то ли в Сызрани». И хотя отец Андрей Осипович писал запросы в различные инстанции, ответы ему приходили разные.
Из воспоминаний сестры Философа Парасковьи: «Мать подавала в розыск, из трёх мест ответили, что он убит при попытке к бегству». После смерти родителей среди их бумаг не нашлось ни одного документа, подтверждавшего этот факт. Поиски истины были возобновлены в 2016 году.
Из архивной справки информационного центра Главного управления МВД России по Самарской области: «Начало срока – 11 июля 1941 г., конец срока – 11 июля 1951 г. Содержался в Белозерской тюрьме».
Известно, что в 40-х годах на острове Огненном располагалась колония для политических заключённых. Война повлекла за собой резкое ухудшение материально-бытовых условий и медицинского обслуживания тюремного контингента. Например, выдача хлеба снизилась с 600 до 450 граммов.
Но уже в августе Философа Андреева перевели в исправительно-трудовой лагерь, располагавшийся в Череповце.
Информационный центр Главного управления МВД России по Самарской области: «05 августа 1941 г. прибыл в Череповецстрой ИТЛ НКВД СССР».
ЧереповецЛАГ был организован в сентябре 1940 года, а закрыт 26 июня 1941-го. Численность контингента на начало июля 1941-го составляла 4821 человек. Заключённые занимались строительством Череповецкого металлургического комбината, железных и грунтовых дорог, водопровода, жилья и коммунальных объектов, работали на деревообделочных и меховых предприятиях, на лесозаводе и подсобном хозяйстве.

Пересмотр дела ничего не изменил

С начала войны повсеместно в тюрьмах пересматривались личные дела осуждённых мужчин в возрасте до 40 лет, годных по состоянию здоровья к строевой службе – их освобождали досрочно и передавали в военкоматы для отправки на фронт (например, в 1943 году приказывалось освободить из тюрем и пересыльных пунктов Вологодской области 500 человек, а отбор произвести за 48 часов). Затем была принята практика замены лишения свободы направлением в штрафную часть. Такая процедура затронула и дело Философа Андреева, но Соня не попал в категорию заключённых, передаваемых Красной армии. К сожалению, он не мог быть освобождён условно-досрочно и направлен на фронт в штрафбат. Применять отсрочку к «политическим» осуждённым (по 58-й статье) категорически запрещалось.
Из ответа на запрос информационного центра УМВД России по Вологодской области: «Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР от 29 сентября 1941 г. приговор оставлен в силе».
Из ответа прокуратуры Вологодской области: «Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР от 29.09.1941 года данный приговор оставлен в силе».
Вот так и получилось, что Философ Андреевич Андреев, в отличие от миллионов своих ровесников 1922 года рождения, не воевал. Как знать, может быть, Соня Андреев мог бы, «смыв вину кровью», дойти до Победы…
И всё же заключённые вносили свой посильный вклад в разгром врага. В годы войны вологодские тюрьмы принимали непосредственное участие в этапировании осуждённых на важнейшие оборонные стройки страны. В связи с этим приказывалось прекратить отправку людей в местные контрагентские колонии. Так заключённого Философа Андреева из Череповца увезли в Куйбышевскую область.

Сызраньлаг

Последним жизненным испытанием для Философа Андреева стало заключение в Сызранском исправительно-трудовом лагере (ИТЛ). Этот лагерь называют абсолютным лидером по уровню смертности в 1941 году: в декабре на строительстве № 1001 (сооружение «ямных ёмкостей для хранения нефтепродуктов») умер каждый десятый заключённый.
Из ответа на запрос информационного центра УМВД России по Вологодской области: «Андреев Ф.А. умер 7 мая 1942 года в исправительно-трудовом лагере (ИТЛ) строительства 1001 НКВД СССР (г. Сыз-рань Куйбышевской области)».
Из ответа прокуратуры Вологодской области: «Андреев Ф.А. скончался 07.05.1942 в ИТЛ строительства 1001 НКВД СССР (г. Сызрань Куйбышевской области)».

Причина смерти

Философ Андреев чуть-чуть не дожил до двадцати лет – умер от пеллагры. Сейчас это заболевание практически неизвестно широкой публике. Пеллагру ещё называют «болезнь 3Д» (диарея, дерматит, деменция). Виной всему авитаминоз, который развивается в результате дефицита витамина В3 и влечёт за собой поражение кожи, понос и слабоумие.
Из архивной справки информационного центра Главного управления МВД России по Самарской области: «07 мая 1942 г. в 16 часов умер в стационаре старой зоны Сангородка (Куйбышевская область) (так сказано в документе), причина смерти – пеллагра III степени».
Одно из описаний этой страшной болезни выглядит так: «У больных неподвижный взгляд стеклянных глаз, бледное блёклое лицо, руки в трещинах и рубцах, как будто после ожога или большой раны, нетвёрдая походка и дрожащая голова. При этом может показаться, что это пьяный человек, который, как будто влекомый какой-то неведомой силой, то устремляется в сторону, то собирается с силами и бежит совершенно прямо, то падает с бессмысленным смехом или душераздирающими рыданиями».
Большая часть заболеваемости пеллагрой регистрировалась именно в таких полуизолированных группах, как тюрьмы. На самом деле существует две гипотезы о причинах возникновения этого заболевания. Одна из них, как уже говорилось выше, – нехватка витаминов группы В (например, при преимущественном питании кукурузой). Другая связывает пеллагру с пищевым отравлением, в случае употребления хлеба, мука для которого была смолота из заражённого спорыньёй зерна. Лечение в средне тяжёлых и тяжёлых случаях назначалось стационарное и включало в себя полноценное дробное питание с постепенным увеличением калорийности плюс никотиновая кислота внутрь по 25–100 миллиграммов в сутки в течение двух-трёх недель. Случаи острого течения заболевания заканчивались через несколько недель смертью…
Медицинское обеспечение заключённых в те годы подчинялось главным образом задаче их использования в трудовых процессах. С началом Великой Отечественной войны ситуация в отношении них ещё более осложнилась. Недостаточное питание, неудовлетворительное медицинское обслуживание при двенадцатичасовом рабочем дне повлекли за собой повышенную смертность, особенно в 1942 и 1943 годах. Это приводило к тому, что лагерная администрация была вынуждена в целях поддержания физического состояния заключённых прибегать к организации ночных сан-городков для восстановления здоровья как с отрывом, так и без отрыва от производства.

Реабилитация

В своих воспоминаниях о старшем брате Александр и Парасковья утверждали, что Философ был реабилитирован ещё в советские годы, так как «отец неоднократно писал, искал Соню».
Из ответа на запрос информационного центра УМВД России по Вологодской области: «Определением № 35651с Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР от 15 марта 1947 г. приговор Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР от 31 июля 1941 г. и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР от 29 сентября 1941 г. изменены: ст. 58–10 ч. 1 УК РСФСР переквалифицирована на ст. 74
ч. 2 УК РСФСР, по которой назначено наказание 5 лет лишения свободы».
Есть предположение, что благодаря ходатайствам отца в 1947 году был произведён пересмотр дела Философа. В результате его вину переквалифицировали по статье 74 части 2 Уголовного кодекса, которая давалась «за хулиганские действия на предприятиях, в учреждениях и в общественных местах, если они заключались в буйстве или бесчинстве, или были совершены повторно, или упорно не прекращались, несмотря на предупреждение органов, охраняющих общественный порядок, или же по своему содержанию отличались исключительным цинизмом или дерзостью» и предусматривала лишение свободы на срок до пяти лет.
Очень печально, что к Философу Андрееву сразу не была применена именно эта статья… То, что за случайный инцидент в сельском клубе девятнадцатилетнему пареньку сразу дали 58-ю статью, навсегда сломало его жизнь. Он мог бы воевать, защищая страну от фашизма, мог стать героем, а вместо этого сгинул в лагере, умерев мучительной смертью.
Из воспоминаний брата Александра: «Женщина, написавшая поклёп, заболела, приезжала в Вологду, молила мать простить, в ногах валялась, призналась в ложном показании».
Из справки о реабилитации от 05.02.2016: «Прокуратурой Вологодской области в соответствии с п. «а» ст. 3, п. «а» ст. 5 Закона РФ от 18.10.1991 № 1761-1 «О реабилитации жертв политических репрессий», Андреев Философ Андреевич признан подвергшимся политической репрессии и реабилитирован».
Когда я сообщила своим старшим родственникам о реабилитации Философа, первые слова их были такие: «Короткая жизнь у него получилась. Мальчик совсем. В роду нашем злодеев никогда не было. Доброе имя его восстановили». Философа в нашей большой семье вспоминали часто, никогда не забывали. Пока были живы его родители, в воспоминаниях о сыне они называли его не иначе как «наш Серафим», то есть ангел. Про своего невинно репрессированного дядю знали и помнили также все племянники.
Летом 2015 года потомки (дети, внуки и даже правнуки Ивана Андреевича Андреева, Екатерины Андреевны Емеличевой, Анатолия Андреевича Андреева, Парасковьи Андреевны Котосиной и Андрея Андреевича Андреева) побывали на месте некогда существовавшей деревни Паново, «поехали в Панёву!», как говорили в семье. Поклонились разрушенной Шалгободуновской церкви. Постояли возле заросшего старого кладбища у Спаса, где покоится ещё один братик – Вася Андреев (1938–1942), который «сгорел на печи от лихоманки, пока все были в поле», а также ещё пятеро детей Натальи Родионовны и Андрея Осиповича Андреевых, умерших во младенчестве. Помянули Соню. Поскольку сведения о месте захоронения Философа Андреева в его архивном деле отсутствуют, то, узнав теперь точные даты рождения и гибели Сони, к 9 мая 2016 года родственники установили ему памятную табличку на могиле его родителей в Вологде. Их потерянный, невинно пострадавший сын наконец вернулся домой. Посмертно.
М. БАГИРОВА
(подготовила к печати
Татьяна ПОГОДИНА)
Фото из архива семьи Андреевых

Показать больше

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть
Закрыть