Смерть близкого человека – одно из самых тяжёлых испытаний в жизни. Кажется, что твой привычный мир рушится навсегда и как раньше больше уже никогда не будет. Не будет общения, встреч, да тех же рутинных дел с ним, не будет ничего светлого. Это, правда, сложно пережить. Уход из жизни человека, который был бесконечно дорог, становится тяжёлым ударом для каждого. Как пережить эту потерю? В ком и в чём найти поддержку?
В 2002 году у меня умерла мама – мой самый близкий человек. Очень тяжело переживала я это горе. Старалась подолгу задерживаться на работе, только чтобы не оставаться одной, быть с людьми, пыталась переключать внимание на что-нибудь другое. Но сколько не оттягивай этот момент, приходилось идти домой. А там всё напоминало о маме: это она носила, из этой посуды ела, эта чашка было её самой любимой, здесь она спала. Всё время казалось, что мама где-то рядом, просто вышла на минутку в соседнюю комнату или во двор. Глаза упорно искали её и… не находили. Оставшись в одиночестве, я не плакала, я порой просто выла на весь дом от горечи и безысходности. Жизнь, казалось, кончилась, жить мне стало не для кого и незачем. Правда, спасибо, что временами заходила Татьяна Васильевна Церковницкая: она, как могла, поддерживала меня, приносила что-нибудь вкусненькое. В своё время мы с Церковницкими дружили семьями…
«Завела бы ты кошку что ли…»
Однажды Татьяна Васильевна сказала мне: «Завела бы ты, Татьяна, хоть кошку что ли. Кошки – животные ласковые, они хорошо умеют стресс снимать и душу успокаивать». Я послушалась её совета и взяла у соседей подросшего за лето котёнка, вернее кошку Дуську – ужасно блохастую, с посаженным пищеварением. Долго билась, чтобы привести её в порядок. Хорошо ещё, что в подвале санэпидемстанции в то время держал свой частный офис ветеринар. Ох, и долго же я к нему ходила с моей Дуськой! Но, в конце концов, моя Дуся поправилась, шёрстка, которая была куцей и облезлой, заблестела. И за это время полюбили мы с Дуськой друг друга и очень друг к другу привязались. Я делилась с ней своим горем, жаловалась на жизнь, а она как будто всё понимала: мурчала в ответ, ласкалась и тёрлась о мои колени. А я поглажу её по шелковистой шёрстке, и мне как будто бы вправду становилось легче.
Со временем Дуська подросла и нашла себе в женихи огромного облезлого бродячего кота. Видно, в какой-то из драк потерял он один глаз и ухо было жестоко искусано соперником в порыве дикой страсти. Из-за своей голодной и холодной судьбы был он неимоверно злым на весь окрестный мир и при встрече лупил всех подряд: и котов, и кошек. А к моей Дуське этот котяра относился с какой-то, я бы даже сказала, нежностью, защищая её, если кто-то другой из кошачьих пытался предъявить на неё свои права. Часто видела я, как они подолгу сидели морда к морде, мурлыча о чём-то своём.
В конце концов в мае Дуська родила от него котёнка. Помню, было раннее утро, я как раз собиралась на работу. И вдруг вижу, что Дуська принесла к моим ногам новорождённого, а сама села на порог. Я решила, что ей надо в туалет, и выпустила её на улицу. А она убежала и не вернулась: сразу опять загуляла. Как же я испугалась, не понимая, что теперь буду делать с таким крохой, как и чем мне его выкармливать? Понимала и то, что мне его не убить, но как он будет жить без матери?
Со слезами на глазах и с котёнком в руках пошла я к тёте Гале Першиной, что жила по соседству, рассказала ей о своей проблеме, показала котёнка. Вдруг её кошка выскочила на улицу, схватила моего котёнка и куда-то с ним унеслась. «Наверно, она его съест», – невольно подумала я и ушла на работу.
Чудесное появление Лариски
Со временем я и думать забыла про этого котёнка. И вдруг по осени, увидев меня на улице, тётя Галя и говорит мне: «Так ты кошку-то свою думаешь у меня забирать? Нам ведь две кошки не нужны». Как оказалось, за два дня до того, как я принесла к ним своего котёнка, они у своей кошки ликвидировали котят, и она, увидев моего котёнка, решила, что её детёныш, унесла к себе и выкормила его. Так появилась у меня Ларисочка.
Я принесла её домой. Лариска долго обследовала незнакомое жилище, всё обнюхала и улеглась спать на Дуськино место. Я волновалась, что будет, когда они встретятся, но всё прошло благополучно. Со временем они признали друг друга и даже подружились. Дуська научила Лариску, что когти надо точить не о мебель, а о лежащую на полу доску, учила охотиться и драться. Часто они катались по полу, вцепившись друг в друга, но не со злостью, а просто борясь и играя.
Лариска оказалась прилежной ученицей и мамкины уроки хорошо усвоила. Со временем она стала ловчивой и очень умной кошкой. Однажды я увидела, как они вдвоём напали на воронёнка. Тот сразу поднял страшный крик, и ему на выручку прилетели оба его родителя. Я едва успела отогнать ворон и загнать своих кошек в коридор, понимая, что за своего птенца вороны могли бы заклевать их до смерти.
А потом случилась беда: порвала мою Дуську соседская собака. Я нашла её, всю окровавленную, в роще у огорода. Похоронила я Дуську и долго плакала по ней. Лариска тоже заметила её отсутствие и часто смотрела мне в глаза с немым вопросом: «Где наша Дуська?» Ну как я могла ей всё объяснить?
Когда Лариска подросла и превратилась в красивую взрослую кошку, соседка стала её у меня выпрашивать, но я никак не соглашалась отдать. И вот однажды Лариска пропала. Я искала её, но всё безуспешно. Тогда я решила, что она, может быть, у родственников моей соседки, той самой, которая её у меня выпрашивала. Родственники эти жили от нашего местечка Копань далековато, почти у самого выезда из города. Но я всё равно отправилась к ним на поиски кошки, так как очень скучала по Лариске, с которой тоже уже успела сродниться, и волновалась за её судьбу. Зайдя в нужный дом, первое, что я увидела, – мою Лариску, лежащую на диване. Лариска узнала меня и сразу ко мне подбежала. Я взяла её на руки и понесла домой. Хозяйка дома сказала мне, что она хотела, чтобы Лариска половила крыс у неё в подполье. Но Лариске в том возрасте было бы ещё не справиться с крысой: та бы попросту её загрызла.
Выйдя на улицу, я поняла, что на руках кошку не смогу донести до дома. На улице Преображенского очень большое движение – это пугало Лариску, она начала вырываться из рук. Я испугалась, что она, вырвавшись, может попасть под машину. К счастью, мне повезло: в одной из машин ехала знакомая женщина, она и довезла нас с Лариской до дома.
Стася была ещё та хитрюга!
Со временем я решила оставить себе ещё одного котёнка. Мало ли что может произойти с Лариской и я опять останусь одна. Так в нашем доме появилась Стася. Она была очень ласковой, но ленивой, не ловчивой кошкой. Ей бы хотелось, чтобы её только гладили и ласкали с утра до ночи. Чтобы ей было чем заняться, из очередного помёта я оставила ей сыночка, Русланчика. Но Русланчик больше предпочитал ласки не мамы Стаси, а бабушки Ларисы. Зато, когда вырос, он стал таким гулякой-котом, что дома бывал в редкие дни, а потом и вовсе пропал.
Одно время мне очень хотелось иметь рыжего котёнка. И вот однажды Лариска подарила мне кошку Маркизу. Она была неоднотонно рыжей, а пёстрой, но в общем окрас был очень красивый. Маркиза росла независимой кошкой, не любила, чтобы её брали на руки, гладили и тормошили – за это она могла исцарапать и искусать даже меня, свою хозяйку. Была она своенравная и хитрюга ещё та! Стася любила играть, гоняя по полу большую пуговицу от пальто. Маркизе тоже хотелось играть этой пуговицей, но чтобы никакая Стася в этом ей не мешала. Однажды она отвлекла внимание Стаси, а сама быстренько загнала пуговицу под палас. Сколько Стася ни искала свою любимую игрушку, найти её не смогла. А Маркиза играла в неё, когда ей никто не мешал, и не выдавала свою прятку под паласом.
А однажды Маркиза тоже пропала. Я её долго искала, звала, но всё напрасно. А спустя время мне её подкинули, всю отощавшую, уже мёртвую. Возможно, её тоже загнали в подвал ловить крыс. Однако заставить Маркизу делать что-то против её воли было невозможно: не царское это дело. Так или иначе, но её век оказался до обидного коротким. И я испугалась, что с Лариской тоже когда-нибудь может такое случиться. В следующем её окоте я оставила ей кота Яську, а её стерилизовала. Через полгода стерилизовала и кота и на улицу их больше не выпускала.
Оказывается, кошки могут жить долго
Яська вырос очень красивым котом: шёрстка у него была чёрная, как смола, и с блеском. На груди у него была белая манишка, а на лапках – белые тапочки, на затылке – грива, как у льва, и весь он был пушной.
Однажды Яська сидел на подоконнике. Видимо, у меня на окне был плохо задвинут шпингалет, потому что, увидев что-то на улице, кот прыгнул на стекло и вывалился наружу. До этого случая на улице он вообще не бывал. Я испугалась, побежала его ловить. Но он и сам был сильно напуган, потому что кругом шуршали на ветру флоксы, сверху качались ветки деревьев да ещё до кучи и ворона, пролетая мимо, проорала во всю глотку: «Кар-кар!». Увидев меня, Яська кинулся ко мне со всех лап, запрыгнул мне прямо на руки, весь дрожа от страха. Больше на улицу он не просился и не рвался.
Яська очень любил в дождь или в пору весенней капели ловить лапкой капельки на стекле, не понимая, что они с обратной стороны. Этим он мог заниматься буквально весь день, даже не евши, не пивши, а уставши, свалиться на диван и заснуть. Прожил он со мной десять кошачьих лет. Лариса пережила всех: она жила со мной двадцать лет. Я даже не думала, что кошки могут жить так долго.
Остальные кошки жили со мной в среднем по два года. Жили бы, возможно, и дольше, но трагически погибали. Я очень любила всех своих кошек словно своих детей. Кормила их пикшей или спецкормами. Море игрушек было у них: мячики, шарики, мышки, даже две кошачьи норы. Лечила их, когда они болели, систематически чистила их от паразитов. И кошки тоже любили меня. Когда стали болеть суставы и спина, кошки сами находили моё больное место и ложились на него – лечили.
К сожалению, когда недуг подступил ко мне вплотную, закончилась моя кошачья эпопея. На память мне остался большой альбом с их фотографиями. Иногда, листая его, я вспоминаю моих любимиц и на сердце становится немного теплее.
Т. ОРЕХОВА
Фото предоставлено автором
