Top.Mail.Ru

Прожить сто лет ей дал Господь за доброту святую

2 июля 2020 года, был самым знаменательным в судьбе старейшей жительницы города Кириллова добрейшей женщины Валентины Григорьевны Борисовцевой – в кругу самых родных и близких она отметила столетний юбилей. Несмотря на столь преклонный возраст, столетняя юбилярша полна бодрости духа и неиссякаемой доброты. У неё семеро детей, десять внуков и восемь правнуков.

Вот уже девять лет Валентина Григорьевна счастливо живёт в нашем городе в семье Надежды и Виктора Денисюк.
– У моей мамы была трудная судьба, много испытаний выпало на её долю, – говорит Надежда Николаевна. – Самое главное её человеческое качество – бесконечная доброта. Она всю жизнь жила для людей, последнее готова была отдать и первой прийти на помощь. Папа у нас тоже был добрым, но более прижимистым и расчётливым. Вот так они друг друга дополняли и уравновешивали.

Многие подробности стёрлись из памяти
Валентина Григорьевна Спасова (по мужу Борисовцева) родилась 2 июля 1920 года в деревне Лукинское Кирилловского района в семье простых колхозников. У родителей кроме неё был ещё младший сын, который впоследствии погиб на войне.
Окончив Волокославинскую восьмилетнюю школу, Валентина устроилась в гармонную мастерскую деревни Верхняя Гора, потом её перевели на Волокославинскую гармонную фабрику.
– Маме был 21 год, когда началась Великая Отечественная война, – рассказывает Надежда Николаевна. – Всех мужчин из деревни увезли на фронт, остались одни старики, поэтому весь самый тяжёлый труд лёг на плечи молодых девчонок и женщин. Они рыли окопы, строили оборонительные заграждения, работали на лесоповале и в колхозе. Тракторов не было, лошадей не хватало, поэтому всё делали вручную. По девять человек впрягались в плуг и через силу тащили вперёд, а десятый стоял за плугом и направлял его. Было тяжело, страшно, голодно и холодно, но они сумели всё пережить и выстояли!
Подробностей тех трудных лет сама Валентина Григорьевна теперь не помнит, но когда была ещё в доброй памяти, рассказывала дочери о своей молодости, как после войны в деревню один за другим начали возвращаться с фронтов Великой Отечественной вчерашние бойцы. Валентина Спасова, хоть ростом и невелика была, но хороша собой, а уж петь и плясать такая мастерица, что никто с ней не сравнится. От кавалеров у неё отбоя не было, да она ни на кого не смотрела.
– Но когда устроился на фабрику Николай Борисовцев, на него мама сразу обратила внимание, – с улыбкой говорит Надежда Николаевна. – Ещё бы! Высокий, красивый моряк, во время войны он служил во флоте. И Николай сразу выделил из толпы девчат маленькую весёлую певунью и хохотушку. Вместе ходили они на беседы, где мама всегда была первой заводилой: пела частушки, плясала, а надо, так и сама на гармошке играла.

Мастера гармонного промысла
Как такую яркую девушку можно было не заметить! И в 1946 году Валентина с Николаем поженились. Двенадцать лет прожили они в деревне Дулово, потом купили дом и переехали в Нефедьево. С 1947 по 1960 год в семье Борисовцевых родилось семь детей.
– В старину говорили, что семеро ребят и барина съедят, – смеётся Надежда Николаевна. – Конечно, прокормить такую ораву было непросто. Да если б только прокормить, а то ещё и одеть, обуть необходимо, собрать в школу к началу учебного года! На это требовалась уйма денег. Велики ли в те годы были заработки-то в деревне! Папа работал на фабрике, пока она не сгорела, а потом его пригласили на шлюз приёмосдатчиком. Работа сезонная и оплачивалась соответственно, поэтому в межсезонье папа не гнушался никакой работы: был плотником и столяром, конюхом и грузчиком, нёс домой каждую копейку.
Ничего не падало с неба трудолюбивой семье Борисовцевых, но необходимый достаток в доме был. Выручали Валентину с Николаем их золотые руки и очень востребованное ремесло, приобретённое на гармонной фабрике.
– Папа с мамой были знатными гармонщиками, со временем заказы к ним стали поступать со всех уголков страны, просто отбоя не было, – с гордостью говорит Надежда Николаевна. – Но когда только начинали, помню, вечерами они укладывали нас спать, закрывали окна плотно ставнями, чтобы с улицы ничего не было видно, и ночь напролёт мастерили гармони.
Скрытно делали они гармони потому, что одно время подобный частный кустарный промысел не приветствовался государством, можно было запросто схлопотать по шапке, а то и вовсе в тюрьму угодить. Родители понимали, что это риск огромный, вдруг кто-либо из соседей узнает и донесёт куда следует! Но как-то жить и поднимать детей было надо, на те крохи, что им платили за легальный труд, выжить с такой семьёй было нереально, приходилось идти на риск. Потом Валентина Григорьевна, тщательно завернув новенькую гармошку в чистую полстину, отправлялась на рынок в Вологду. Глядишь, семья опять на время выкрутилась с деньгами, а кому-то из детей удавалось и справить обновы.
– Я никогда не забуду, как мама, продав на рынке гармошку, купила в Вологде ткани и в нашем ателье заказала мне новое красивое пальто, да ещё и с модным тогда песцовым воротником! – с восторгом вспоминает Надежда Николаевна. – Помню, все тогда только и шушукались, что девятиклассница Борисовцева носит такое дорогое пальто, какого даже у учительниц нет. Но мама всегда заботилась о том, чтобы её дети были хорошо одеты, и не жалела для этого сил.

«Мама у нас выносливее, чем папа»
Валентина и Николай никогда не жаловались на судьбу, а, стиснув зубы, самостоятельно преодолевали все выпавшие на их долю трудности. Зато и дети в этой семье росли старательными, трудолюбивыми, ибо видели, как нелегко даётся жизнь их родителям.
– Летом на сенокосе мы по двадцать стогов сена метали для колхоза, да ещё стогов восемь для себя, скотины-то был полон двор, – вспоминает Надежда Николаевна. – Мы, дети, всегда были на подхвате, помогали родителям изо всех сил. Собирали в лесу грибы и ягоды, обеспечивали всем необходимым на зиму не только себя, так ещё и сдавали государству клюкву, чтобы купить дефицитные вещи.
Валентина Григорьевна жалела всех: родных и неродных, знакомых и незнакомых, такой у неё был характер.
– С молодости мама, можно сказать, спокойной жизни не видела. Хорошо, ещё у нас папа был человеком непьющим и хозяйственным, – гладит мать по руке Надежда Николаевна. – Но всё равно хлопот с детьми ей доставалось больше. А потом мы выросли и стали им внуков подкидывать. Внуков с Севера привозили гостить с мая по сентябрь ежегодно, пока те школу не окончили. Так что покоя наши родители не знали и на старости лет, они никому не могли отказать. Я теперь сама бабушка и думаю, как мама с такой оравой справлялась? Папа, было, уйдёт в клеть и лежит там целыми днями, он не мог переносить сильного шума. Мама у нас была более выносливая, а папа умер рано, в 71 год. Мама очень тяжело пережила смерть мужа, ведь вместе они прожили 46 лет. У них столько всего пережито, ей очень больно было, что так рано ушёл из жизни самый близкий её человек.

Всегда открытая навстречу людям
Но мудрая Валентина Григорьевна понимала: как ни тяжело, надо жить дальше. Она не замкнулась в себе, не очерствела душой, а осталась такой же приветливой и открытой навстречу людям. Все в деревне говорили, что проще Вали Борисовцевой никого нет. Задумают, было, женщины из соседних деревень посиделки устроить, начнут решать, к кому пойти, и скажут: «Пойдёмте к Вале Борисовцевой, у неё попроще будет».
– Мимо самого нашего дома проходила большая дорога, – вспоминает Надежда Николаевна. – Бывало, если кто-то проходил мимо окон её дома, мама обязательно постучит, зазовёт в гости, попотчует чаем с пирогами. Мне женщины и до сих пор вспоминают: «Ой, Надя, идём с автобуса пешком, устали, жарко, в горле всё пересохло, думаем, как и дойдём до Куракина? Заходим в Нефедьево, а мать твоя уже кричит в окошко: «Давайте, идите чай пить с пирогами!» А мы-то как рады! Зайдём, чаю напьёмся, передохнём. Разве такое забудется?» Мама у нас всю жизнь сама доброта, сама простота. Пироги пекла каждый день. Они у неё получались пышные, вкусные, кто ни попробует, говорили: «Ни у кого таких нету!» Напечёт и понесёт соседке и подруге Жене Фроловой. Или, помню, мама принесла из магазина стопку сигарет «Прима». Я удивилась: папа наш сроду не курил, к чему покупать табак, если в доме никто не курит? Мама говорит: «Коле Стёпину снесу» (это она о муже подруги). Я говорю: «С чего ради?» Она: «А он хороший мужик!» Вот и поговори с ней. Папе другой раз это и не нравилось: «Я, – говорит, – всё в дом, а она из дома».
Но Николай Николаевич никогда не перечил жене особо, потому что любил. И Валентина Григорьевна отвечала мужу тем же, она его жалела.
– Мама у нас всегда была на ногу лёгкая, – с нежностью отзывается Надежда Николаевна о матери. – А у папы были военные ранения, ноги болели часто. У него из бедра осколком целый кусок был вырван, он ходил плохо. Но только заикнётся, что ему надо идти с документами в Запань или на шлюз, мама тут скажет: «Ой, батько, давай лучше я сбегаю, ты сиди дома!» Схватит бумаги и убежит. Чаще пешком, но иногда и на велосипеде. Или пойдёт, было, за два километра в Запань-Нову в магазин, а из соседних домов уже кричат: «Валя, не принесёшь и нам буханочку?» Она: «Конечно, принесу!» И тащит на себе хлеб на всю деревню. Всем припрёт, никого не забудет. Что ни попросят, она всё готова отдать. Помню, пришли к ней: «Валя, гости приехали, не на чём спать, не даси матраса?» Она, ни слова не говоря, принесла с верхнего сарая не один: «Конечно, дам, выбирайте!» За доброту, наверное, Бог ей жизни и здоровья даёт. Ей уж восемьдесят было, так она в клубе всех молодых переплясала.
За все добрые дела, за простецкий нрав и незлобивый характер старожилы в деревне помнят и любят Валентину Григорьевну Борисовцеву. Звонят, про здоровье спрашивают, приезжают проведать. Добрая, отзывчивая, услужливая, она и до сих пор любит, когда в дом приходят гости, каждого встречного готова одарить лучезарной улыбкой.

«Путину на ушко я спою частушку!»
– Вот бы Путин ко мне на юбилей приехал! – доверительно шепнула она мне на ухо. – Я Путина очень уважаю. Когда он выступает по телевизору, я всегда прямо против него сижу, на него гляжу, а он глядит на меня и со мной разговаривает.
– На днях мама мне и говорит: «Сегодня видела Путина. Спросила: «Приедешь ко мне на день рождения?» А он ничего не сказал, только взглянул на меня, повернулся и пошёл! Как думаешь, приедет он ко мне на юбилей?», – со смехом вспоминает Надежда Николаевна. – Я её успокаиваю, говорю: «Наверно, приедет».
– Президент – человек очень занятой, – поглаживая Валентину Григорьевну по плечу, как можно мягче объясняю пожилой женщине. – Но долгожителей не забывает, не сможет приехать сам, так обязательно поздравление пришлёт.
– Вон оно как! – понимающе кивнула она.
От всего сердца от имени всех наших читателей поздравляем уважаемую Валентину Григорьевну с юбилеем! А дочь Надежда Николаевна и любимый зять Виктор Алексеевич дарят своей столетней маме такие строки:
«Прожить сто лет не каждому удастся,
Прожить весь век не каждому дано.
Наверное, на небе выбирают,
Кто заслужил – тому и суждено.
Сегодня, в честь такого юбилея,
Мы все собрались за большим столом.
Тебя от всего сердца поздравляем.
Тебя мы ценим, для тебя живём».
…На прощанье, лукаво поблёскивая глазами, Валентина Григорьевна спела мне несколько озорных частушек. «А выпью рюмочку в юбилей, так и ещё спою! – пообещала задорно. – У меня голос хороший!»
Пойте, дорогая Валентина Григорьевна, частушки, и как можно дольше, смейтесь громче и чаще, будьте здоровы и живите долго! Мы от всей души Вам этого желаем!
Татьяна ПОГОДИНА
Фото автора

Показать больше

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Посмотреть также

Закрыть
Закрыть
Закрыть