Top.Mail.Ru

Сизьма моя, для меня ты глоток кислорода!

«Публикации из цикла «Незатопленная память» всколыхнули сердца многих моих земляков, чьи судьбы так или иначе были связаны с этими местами, – сообщила нам Роза ПавловнаСкородумова из посёлка Шексна. –
И мне стали приходить письма с их воспоминаниями, присланныеиз самых разных краёв».

Одно из писем пришло Розе Павловне из города Покрова Владимирской области от Валентина Ивановича Королёва, тоже уроженца местечка Сизьма. Ему сейчас уже 77 лет. Он с любовью и грустью вспоминает свою малую родину, где жил в детстве и юности. Роза Павловна любезно переадресовала это письмо в редакцию газеты «Новая жизнь». Вот что поведал нам с вами, дорогие читатели, в своём письме Валентин Иванович Королёв:
«Прочитал статью про «Незатопленную память», и меня охватило такое чувство тоски по родине! Это же всё написано про мои родные места, про мою Сизьму, которую до сих пор люблю и скучаю по ней.
Родился-то я в Займищах, что в трёх-пяти километрах от Талиц. Но в 1946 году отец, который был кадровым рабочим в лесопункте, перевёз нас в Сизьму. Мне тогда было всего пять лет, но я помню, что жили мы в домике Тюкиных. А потом папа купил большой дом рядом. Так что в Сизьме я жил с 1946 по 1960 год и с тех пор считаю своей родиной. Помню всё и люблю её очень, так же как и тамошних людей, которые учили меня уму-разуму и умению жить честно и справедливо. Отец мой, к сожалению, в 1953 году умер, ему уже было за пятьдесят, он прошёл две войны, был ранен.
В 1955 году я окончил Уломскую семилетнюю школу: учился в ней только в шестом и седьмом классах. Начальную школу окончил в местечке Сизьма, а пятый класс – в Титове. Ходил из Сизьмы в Титово один. В той стороне в деревнях Андреево и Кузнецово жили наши родственники. После школы две навигации работал бакенщиком, а потом от военкомата был направлен на четырёхмесячные курсы шофёров и перед армией успел поработать в Сизьменском лесопункте: возил на лесовозе хлысты на берег реки Сизьмы. Иногда подменял тракториста Адольфа Запевалова и на трелёвочном тракторе таскал хлысты на верхний склад. Его я очень хорошо помню, он в лесу был механиком электростанции Сизьма и меня сделал человеком, научил многому. Благодарен я Василию Николаевичу Петухову и Александру Ивановичу Долгову. Это мои наставники в период работы бакенщиком. Мама меня воспитывала строго, так, как нужно: чтобы не курил, не пил, не ругался плохими словами. А мои дорогие наставники сделали из меня ответственного трудового человека.
В выходные и вечером ходил в красный уголок или в клуб в кино или на танцы. Танцевали в основном кадриль или плясали под гармошку. Клуб в Сизьме был хороший, а я очень любил плясать. Так прошли 1958, 1959 и 1960 годы.
Наш дом находился в конце деревни, в сторону Коммуны, на самом берегу, за сенопунктом. Рядом с ним был медпункт, которым заведовала Зоя Дмитриевна Степанова. У неё был сын Виктор, с которым мы крепко дружили с детства. Какое-то время в нашем доме размещалась контора Сизьменского лесопункта. Начальником был товарищ Айзмак. Как сейчас помню, в доме постоянно толклись рабочие, на стене висел большой телефон. Чтобы позвонить, нужно было сначала покрутить у него сбоку ручку.
Детство у нас было босоногое и счастливое. После летнего дождя я любил, закатав штанины до колен, на тачке (машина СО о две ручки и колесо) пробежаться по тёплым лужам с ватагой ребятишек. Деревенские подростки любили собираться у меня. Я вешал на стену простыню и показывал им диафильмы: это такое немое кино, где внизу под каждым кадром был мелко написан текст, который надо было чётко и внятно прочесть. Радости у ребят было столько, что не передать. Иногда шутили: кто кассир, где билеты? Фильмоскоп мне привезла из Ленинграда старшая сестра, а диафильмы я покупал в Кириллове. Так у меня проявился интерес к кино.
Моими друзьями были киномеханик Володя Кукушкин, Виктор Степанов, Коля Котов и Коля Круглов. Дом Кругловых был напротив пристани. Дружил и с девчатами – с Галей Лебедевой, Любой Скородумовой, Галей Корзининой. Вове Кукушкину, пока он продавал билеты, я помогал в кинобудке перематывать киноленты, заряжать кинопроектор. У меня сохранилась фотография, как Галя Лебедева и Люба Скородумова провожали меня в армию. Было это уже в Кириллове. Уходя в армию, я отдал деревенским подросткам свой фотоаппарат, увеличитель, велосипед и фильмоскоп с диафильмами, потому что догадывался: больше на Сизьме мне уже не бывать.
В 1962 году в связи с переселением из зоны затопления наша семья перебралась во Владимирскую область. После службы я тоже приехал к ним в город Покров. Город этот старинный, купеченский, населения всего 20 тысяч человек. Как же долго я не мог привыкнуть к тем местам! Меня всё время тянуло на родину – к воде, к судоходству. Мечтал после армии поступить в Череповецкое речное училище, а в будущем хотелось стать капитаном и управлять большим теплоходом. Но в результате всю жизнь проработал водителем.
Постепенно привык и к новому месту жительства, потому что по природе своей был человеком жизнерадостным и неунывающим. Но годы, проведённые на Уломе, не забуду никогда. Это были годы такой счастливой молодости, мы жили весело, дружно, много шутили, смеялись! Помню, как-то сказали, что зарплату дают в Шатреце. Мы, такие довольные, побежали скорей туда по лавам через реку Сизьму. Не беда, что расстояние немалое, для молодых ребят и семь вёрст не крюк! В памяти всплывают разные жизненные эпизоды, возможно, для других и незначительные, а для меня очень дорогие сердцу. Например, как, купаясь, мы ныряли в воду с перил пристани, а нас гонял начальник Генрих Гусев.
Почти 60 лет прошло с тех пор. Я так ни разу и не встретился ни с кем из своих сизьменских знакомых. Завидую тем, кто живёт в таком прекрасном месте, где шлюзы, теплоходы, где в берег плещут волны реки Шексны. Да что там говорить, жители местечка Сизьма – это была единая семья, где каждый в любой момент был готов помочь другому! Помню, как мы с мамой ходили косить траву в сенокосную пору, если кто попросит, как я работал подпаском, помогая соседям. Помню, нас попросили помочь покосить муж с женой Петровы, показали место на другом берегу Шексны. Косим мы с мамой, косим, как вдруг к берегу на лодке подъезжает мужик (теперь уже не вспомню, как его звать) и запрещает нам косить, мол, это его участок. А мы не послушались и продолжали косить. Тогда он схватил косу и пошёл на меня. Я был тогда лет пятнадцати, наверно, поэтому от неожиданности даже растерялся и не подумал бежать. Мама, увидев, что мужик уже замахнулся, тут же заслонила меня собой, угрожающе сжимая в руках косу. «Только попробуй парня тронуть!» – пригрозила. Мужик бросил косу и уехал, а мы докосили выделенный участок до конца. Петровы, пожилые интеллигентные люди, косить сами уже не могли, так как были в преклонных годах, а коровёнку ещё держали. Знаю, что Клавдия Фёдоровна Петрова прожила долгую жизнь и умерла в 2012 году в возрасте 89 лет.
Зимой возил на тракторе сено, дрова для себя и для людей, никому не отказывал, кто попросит. Работал я и вместе с Геной Егоровым. Хороший был парень, немного меня постарше. Вспоминаю учителей Маркеловых – хорошие были учителя.
Вспоминаю Коммуну. Она звалась Коммуной имени Ленина и стояла в очень красивом месте, как бы на полуострове. В Коммуне было пять домов. Вспоминаю, как стали ликвидировать Сизьму. Дома ломали, увозили, сжигали. Знаю, что половину нашего большого дома увезли в деревню Кузнецово, а половину сожгли. У мамы осталось предписание, выданное Кирилловским райисполкомом, в котором говорилось: «Переселенцу из местечка Сизьма перевезти свои строения из зоны затопления на новое место вселения Красные Талицы до 1 августа 1962 года». Дом наш оценили в 900 рублей по старым деньгам. Разве могла мама на эти деньги построить новый дом, будучи вдовой? Мужа нет, сын в армии. Выход один – искать свою долю в чужом краю. Хоть и прижились мы со временем на новом месте, но до сих пор скучаю по своей Родине. Сознательно пишу это слово с большой буквы, так я её люблю. У меня такое настроение, что готов всех сизьмарей обнять и расцеловать. Как трудно они расставались с любимым краем! И все понимали, что переезд неизбежен.
Прочитав статьи из цикла «Незатопленная память», я как будто снова очутился в Сизьме. У меня нет слов, чтобы выразить благодарность за эти публикации! Для меня они словно отдушинка, словно глоток чистого кислорода, который продлевает мне жизнь! Сиземка, дорогая моя! У всех, кто жил в Сизьме, кто имел отношение к переезду, думаю, при чтении про неё не обошлось без слёз. Я перечитываю эти статьи по нескольку раз, и с каждым разом в душе всплывают всё новые и новые воспоминания…»
Подготовила Татьяна ПОГОДИНА
Фото предоставлено
Р.П. Скородумовой

Показать больше

One Comment

  1. Какое душевное письмо о своей малой родине, о дорогой сердцу родной Сизьме!

Посмотреть также

Закрыть
Закрыть
Закрыть